52ae7828

Леонов Николай - Лев Гуров 06 (Еще Не Вечер)



ЕЩЕ НЕ ВЕЧЕР
Николай ЛЕОНОВ
НАКАНУНЕ
Подполковник милиции Лев Иванович Гуров стоял на берегу Черного моря и швырял камешки в мутные невысокие волны, которые равнодушно и вяло, взбегали на берег, шуршали галькой и отступали для нового разбега. Бросать камешки было неинтересно - и всплеска не видно, и звука не слышно, но Гуров занятие свое не прекращал и, отбросав пригоршню, наклонялся за новой порцией гальки.
- Здравствуйте, - сказала, подходя к Гурову, стройная девушка. - Наконец вы нашли себе подходящее занятие. - И опустила на землю сумку и одеяло.
- Здравствуйте, Таня, - ответил Гуров, отряхнул ладонь и присел на шершавый валун.
Они познакомились несколько дней назад, на этом же месте, когда Лева пытался загорать. Она подошла и поздоровалась, спросила, как его зовут, не скрывая насмешки, оглядела с ног до головы. Гуров, представляясь, замялся. Лев Иванович звучит претенциозно, Лев - смешно.

Лева - вообще не звучит.
- Гуров, - буркнул он.
В день знакомства Гуров узнал, что Таня местная, живет с мамой в собственном доме, окончила курсы медсестер, работает в санатории, сейчас в отпуске. Слушая ее неторопливую речь, Гуров, полузакрыв глаза, разглядывал новую знакомую и думал о том, что такие девушки встречаются на Кавказе, возможно, в Ростове или Краснодаре, и очень редко в Москве и Ленинграде.

Смешение рас, то самое, о чем булгаковский Воланд говорил: "Причудливо тасуется колода". Женщина, на которую любой мужчина обратит внимание. Сильное смуглое тело, она не чувствует его, не демонстрирует, как животные не ощущают свою естественную красоту: они такими родились, такими и живут.
- Странный вы, непонятный. - Таня расстелила одеяло и легла, не раздеваясь. - Вы, кажется, мужчина сильный, самостоятельный, с другой стороны потерянный какой-то, одинокий.
- Так оно и есть, - Гуров рассмеялся.
- Вы очень хорошо слушаете, с интересом, но без любопытства. А о себе ни слова... - Таня, видимо, пригрелась, стянула с себя кофточку. - А мне интересно. Можно, я вас порасспрашиваю?
- Зачем? - Гуров пожал плечами. - Я сам признаюсь. - Верный своему принципу врать лишь в крайнем случае, сообщил. - Тридцать семь, женат, дочь, юрист. Выгнали из дома, приказали отдыхать, мол, нервное истощение у меня.
- А жена не ревнует? Отпустила на юг, одного.
- Ревнует, однако, гордая, - ответил Гуров, подумал и добавил:
- И умная - мужчину нельзя удержать силой. Он либо любит, либо не любит.
- А вы всегда говорите правду? - Таня лукаво улыбнулась.
- Стараюсь, - Гуров пожал плечами. - Не всегда получается.
- Потрясающе! - Таня села и уставилась на него, словно увидела что-то ей совершенно незнакомое.
- А как у вас, Таня, с правдой и ложью?
- У меня? - Таня почему-то удивилась, затем захохотала, свалилась на землю. - Умереть можно! Я же баба! Для меня правду сказать - что уксусу выпить.
Она явно валяла дурака, говорила чушь, желая отгородиться, спрятаться Гуров невольно насторожился, придавая голосу серьезность, сказал:
- Зачем женщин обижать? Думаю, вы разные.
- Думаешь. - Таня вновь села, взглянула на Гурова уже без любопытства, оценивающе, словно прикидывая, с какого боку ударить.
Он взгляда не отвел, не улыбнулся. "Ох, и непроста ты, девушка, что-то ты мне голову морочишь".
- Я согласен, - миролюбиво заявил Гуров. - Вы врушка Данное качество свойственно вашему очаровательному полу. Оставим это. Поговорим о вас лично.

Вы ведь живете на холме"? - Гуров указал направление.
- И это правда, - обрадовано согласилась Таня.
- У вас пляж лучше, гальк



Назад