52ae7828

Леонов Николай - Лев Гуров 19 (Капитан Пиратского Брига)



НИКОЛАЙ ЛЕОНОВ АЛЕКСЕЙ МАКЕЕВ
КАПИТАН ПИРАТСКОГО БРИГА
ГУРОВ – 19
Пролог
Пожилой бомжик, вторую неделю мыкавший горе в проржавевшем, почти насквозь заброшенном плацкартном вагоне на запасных путях за Каланчевскими пакгаузами Ярославского вокзала, насторожился. Ктото, постанывая, тяжело дыша, медленно карабкался по входной лесенке.
Своих соседей – двоих таких же несчастных, обездоленных бродяг – он, оставшийся сегодня за "дежурного по кухне", так рано с промысла не ожидал. Да и узнавал их, как в песенке поется, "по походке". Нет, это не они. Ментылинейщики?

Плановая облава? Но человек, похоже, был один. И с чего бы менту стонать да охать?
Он достал изпод покореженной багажной полки ржавый обрезок дюймовой трубы, прикинул его в руке и, обхватив обмотанный растрепанной изолентой конец, направился к двери вагона. "Побирушка какойнибудь, алкаш или еще хуже – потаскуха вокзальная, – решил он. – Но нам тут посторонние без надобности, сами чудом нашли эту норку, а на дворе ноябрь! Если вести себя тихо, как мышь под веником, есть шанс пересидеть зиму под худой, а все же крышей… Гнать всех, пусть ищут другое место!"
Дверь, как раз на такой случай примотанная куском толстой проволоки, задергалась. Стоны стали сильнее.
Бомж пожал плечами, поудобнее перехватил свою дубинку и двумя движениями размотал импровизированный "запор". Потом резко толкнул тяжелую дверь наружу.
Открывшаяся дверь буквально смела с верхней ступеньки лесенки молодого паренька. В сгущающихся сумерках лицо упавшего проступало молочнобледным, бескровным пятном, на котором выделялись громадные, широко раскрытые глаза с неестественно расширенными зрачками.

На парне была потрепанная камуфляжка с крупно нарисованной аляповатой эмблемой: расправившим крылья белым орлом. Это сочетание белого лица и белого силуэта на куртке почемуто показалось бомжику особенно жутким.
Парень с трудом привстал на колени, застонал и, подняв лицо, глядя прямо в глаза растерявшемуся бродяжке, сказал с удивительной, завораживающей и счастливой уверенностью:
– Брат мой! Возрадуйся! – и ткнулся лицом в грязный "собачий" ящик днища вагона. Потерял сознание.
Плохо соображающий, обалдевший бомж спрыгнул вниз, наклонился над лежащим и только тогда заметил, что правая штанина у того густо подплыла свежей кровью. Вот бедато! А если помрет?

Ментовня на них повесит, это ж как пить дать!
Бомжик подхватил парня под мышки и, удивляясь птичьей легкости его тела, потащил в вагон. Он был всего лишь бомжом, не убийцей, а оставить потерявшего сознание раненого в луже, на вечернем ноябрьском ветру значило попросту убить его.
Но вот когда из кармана куртки спасенного паренька – не мог "спаситель" карманы не обшарить! – он вытащил жуткого вида, явно боевой, не газовый, пистолет… Тут ему стало худо. Такого найденыша, ясное дело, просто так уже под вагон не выкинешь. Полюбому – "крутой".

Кенты его узнают… или наоборот… Долго умирать будешь! Придется последним бульончиком отпаивать: Gallina Blanka, аккурат три кубика осталось. Перевязать опять же!

А чем?
"И навязался ведь ты на мою голову!" – тоскливо подумал несчастный бомжик…
* * *
Жизнь сыщика – особенно высокого класса – отличается от жизни обычных людей. У Льва Ивановича Гурова, старшего оперуполномоченного Главного управления Уголовного розыска МВД РФ, выходные случались редко, только если текущее дело близилось к завершению, а новое еще не было начато. Но как раз сегодня – в дождливый хмурый субботний вечер начала ноября – Гуров мог позволить себе расс



Назад