52ae7828

Леонов Николай - Лев Гуров 31 (Мужское Дело)



МУЖСКОЕ ДЕЛО
Николай ЛЕОНОВ и Алексей МАКЕЕВ
Анонс
Зрачок ствола, направленный в твое лицо, лезвие ножа, тускло блеснувшее в глухой подворотне, бешеный взгляд бандита, загнанного в угол, - всего этого полковник Гуров повидал в избытке и за годы розыскной работы даже привык к подобным вещам. Но вот к предательству привыкнуть не смог.

Потому-то, наверно, и попался в ловушку, расставленную оборотнем в милицейских погонах. Теперь он крепко сидит на крючке у шантажистов, а чтобы соскочить с него, надо рискнуть очень многим и, к сожалению, не только собственной жизнью, но и честью офицера, и гордостью профессионала. Есть над чем подумать, полковник...
Пролог
Трое высоких мужчин в костюмах повышенной защиты вошли в главный зал денежного хранилища Центробанка. Массивная бронированная дверь плавно закрылась за их спинами, отрезая мужчин от внешнего мира.
Все это выглядело как эпизод фантастического фильма: ровные ряды никелированных стеллажей, уставленных цинковыми контейнерами, слепящий свет галогенных ламп, люди, нерешительно застывшие на пороге. Видеокамеры, что автоматически повернулись в сторону вошедших, среагировав на движение, лишь усилили впечатление нереальности происходящего.
- Терпеть не могу сюда входить, - пробурчал самый толстый из троицы. - Каждый раз такое ощущение, что тебя хоронят заживо. - Голос прозвучал из-под защитной маски так глухо, словно толстяка действительно замуровали в склепе.
Его товарищ, стоявший справа, поежился от этих слов и взглянул на говорившего. В отличие от остальных он был в главном хранилище впервые и испытывал некоторый трепет от того, что оказался в святая святых главного банка России. Третий из вошедших только усмехнулся в ответ.
- Хватит таращиться по сторонам! - вывел вошедших из некоторого замешательства голос, раздавшийся из громкоговорителя под потолком. - Четвертый ряд, шестой, тринадцатый и двадцать второй стеллажи. Выносите к запасному ходу, аккуратно складываете; ждете, пока откроют дверь, выносите в коридор и несете к машине.

И пошевеливайтесь! У вас сорок пять минут.
- Сам бы потаскал, хрен голосистый, - недовольно проворчал толстый и двинулся в указанном направлении. - Меня еще только в качестве грузчика не использовали!
- Хватит бухтеть, Диман, - одернул его третий. - Вечно ты хуже бабы...
Он обогнал ворчливого толстяка, следом за ним заторопился новичок. Двухметровые стеллажи в каждом ряду представляли собой как бы отдельные клетки, заставленные цинковыми ящиками. На каждом таком ящике, на торце, чуть пониже металлических ручек, был выбит номер.

В шестом стеллаже ящиков было ровно сто.
- Это сколько же тут миллионов? - обалдело присвистнул новичок.
- Нам об этом знать не положено, - ухмыльнулся третий, - но думаю, на всех трех стеллажах миллиарда полтора наберется.
- И на хрена же сжигать такую прорву деньжищ?! - новичок едва не поперхнулся.
- Облажался наш Госбанк, - ехидно прокомментировал толстяк, подходя к стеллажу. - Сторублевки фальшивые им впихнули. Вот они и стремятся от денег избавиться, чтобы кое-кого из теплых кресел не выпихнули.
- Много ты знаешь, - осклабился третий, - только вот на горшок не просишься. Бери ящик да тащи молчком к двери. Провозимся здесь - нас премии лишат.

Я тогда у тебя из зарплаты ее компенсирую!
- Пуговицу на лоб сначала пришей, - огрызнулся толстяк, но ящик взял и пошел к запасному выходу.
Ящики со сторублевыми банкнотами весили немало. К тому моменту, когда все они оказались около запасного хода, носильщиков прошиб седьмой пот. Тол



Назад